16+

Сетевое издание "mayak-gazeta.ru"

Главная / Статьи / Нам было всего 19…
13.02.2020 12:22
  • 21

Категории:

Нам было всего 19…

«Когда получили автоматы и боевые патроны, поняли, куда нас направляют», — вспоминает ветеран боевых действий Николай Николаевич Гребинюк. За мужество и героизм, проявленные при защите Апрельской революции в Демократической Республике Афганистан, он награждён орденом Красной Звезды.

Сейчас Николай Николаевич вместе с супругой Натальей Владимировной живёт в р.п. Красный Яр, работает на Севере автокрановщиком, и редко вспоминает о тех днях, от которых сегодня его отделяют 40 лет. А тогда, в январе 1980-го года, ему, пареньку из деревни Селикла Новосибирской области, было всего 19…

Мама Николая всю жизнь работала дояркой, отец — кочегаром и скотником в колхозе «Заря коммунизма». В 1978 году юноша закончил школу-«восьмилетку», получил два спортивных разряда — по биатлону и лёгкой атлетике. Физически подготовлен, воспитан и морально устойчив, значит, к армии готов. Хотел служить в морской пехоте, не взяли: отец был осуждён по статье «враг народа». Попал в закрытый город Томск-43, в 1-ый мотострелковый батальон, был водителем БТРа. Свой первый отпуск молодой солдат получил через четыре месяца за отличные стрельбы.

- В конце 1979 года в части пошли разговоры про Афганистан. Сказали, что для дальнейшего прохождения службы едем в Туркестанский военный округ, и в январе 1980 года отправили сначала в Новосибирск, где был сформирован отдельный батальон материального обеспечения (ОБМО), потом в г. Термез. Уже в Термезе получили оружие, боеприпасы, тут уж поняли, куда и для чего едем. Полковники рассказывали об Афганистане, о том, что там идёт война, и что в Афганистан вводят ограниченный контингент наших войск, — рассказывает Николай Николаевич.

За рядовым Гребинюком закрепили бензовоз «Урал-375», на котором он проехал сначала через Амударью по понтонному мосту, потом колесил по дорогам Афганистана. Отмечал, что начиная от природы до того, чем занимаются афганцы-пуштуны — всё другое.

- Зима в тот год была суровая, и было очень много снега, сантиметров 50. Навстречу колонне часто попадались американские «Бэд Форды» — «барбухайки» их называли, разрисованные по бортам яркими картинками. Несмотря на то, что в глиняных магазинах — дуканах велась торговля джинсами, которых у нас в Союзе невозможно было купить, швейцарскими часами, японскими магнитофонами-двухкассетниками, Афганистан был очень бедной страной. Дехкане — крестьяне — обрабатывали землю на быках, деревянной сохой, пшеницу разбрасывали с коробов вручную, а потом косили серпами и молотили цепями. Как будто, из одного мира мы попали в другой: у нас шёл 1980-й, у них — 1359-й год. Мы просто диву давались, — продолжает рассказ воин-«афганец».

Первая остановка с ночёвкой — в Пули-Хумри, в 250-ти километрах от границы Союза, а утром снова в путь, через перевал Саланг, до Кабула. Здесь, на окраине города, размещались штаб 40-й армии, госпиталь, аэродром, дивизионный склад ГСМ. Сюда каждые три дня «наливняки»-бензовозы привозили бензин, солярку, масло или развозили в подразделения.

Тот самый бой

- Нас прикомандировали к 177-му полку для доставки бензина через Саланг в Бомиан, где вели боевые действия наши мотострелки на бронетранспортёрах. Высота перевала Саланг — 3336 метров над уровнем моря, внизу — пропасть. Удержать машину, гружённую под завязку топливом — целое искусство. Если у кого-то отказывали тормоза, приходилось ударять машину в машину, чтобы остановить падение. Дорога трудная, узкая, проезд через ущелье, да и расстояние до Бомиана приличное. Второго июня, в четыре утра, колонна начала движение. Впереди меня шёл танк Т-62, затем я в кабине с лейтенантом Станкевичем, ещё пять бензовозов, которые перемежались с БДРМ и ГАЗ-66, снова бензовоз, замыкал колонну танк с командиром капитаном Назаровым. Раза четыре мы туда-обратно проехали, и не подозревали, что душманы готовили засаду, — вспоминает Николай Николаевич.

Следуя по маршруту, колонна всегда останавливалась в одном месте, чтобы пообедать и проверить технику. В тот день что-то пошло не так, и колонна вынужденно остановилась километрах в двух от места. Идущий впереди танк поднимал клубы дыма, видимость была очень плохая, поэтому Гребинюк увеличил дистанцию. Вдруг впереди, перед входом в ущелье, раздался взрыв, и стало ясно, что колонна попала в засаду. Танк подорвался на мине и замер на месте, начался обстрел колонны. Гребинюк с лейтенантом выскочили из «Урала» и залегли под ним, а рядом пули, выпущенные душманами, поднимали «фонтанчики» пыли. Снова взрыв, на этот раз в конце колонны, повалил чёрный густой дым: бойцы поняли, что взорвали один из бензовозов. Подбитый танк на узкой дороге объехать было невозможно, создалась пробка, и «духи» просто расстреливали всех, кто попадался на мушку.

- Метрах в 15-ти от машины стоял глиняный сарай, и мы с лейтенантом решили прорываться туда. Станкевич добежал под пулями до сарая и оттуда махнул мне: мол, давай, я прикрою. «Духи», видимо, поняли это, и уже ждали меня. Пришлось нырнуть в арык с водой. С автоматом, четырьмя магазинами в подсумке, штык-ножом и двумя гранатами далеко не уплывёшь, но сдаваться за здорово живёшь не хотелось. Нам ведь было по 19-20 лет, мы были патриотами своей страны, воспитанные нашими родителями, учителями, ветеранами Великой Отечественной войны. Про плен и говорить не надо было. Взорвал бы себя гранатой, не раздумывая, — продолжает рассказ ветеран.

Когда Николай добрался до сарая, там, кроме лейтенанта Станкевича, уже были Саня Завалов, с которым Николай жил в одной палатке в Кабуле, Вовка Побережный и ещё один автоматчик-хохол. Обернувшись на бензовоз, Гребинюк увидел след от неразорвавшейся гранаты, что спасло им жизнь. Потом в ходе боя все, кто находился в сарае, разошлись в разные стороны, чтобы не привлекать внимания противника. Тогда Николай ещё не знал, что видит Володю Побережного последний раз…

Бой продолжался уже три или четыре часа. БДРМ, следовавший за бензовозами, смог пробиться к сараю, где находились в тот момент Николай Гребинюк и лейтенант Станкевич. Открылась бойница бронетранспортёра, откуда им крикнули, чтобы залезали. В БДРМ оказался один водитель, а ведь там два пулемёта и рация. Стали стрелять из пулемётов. По рации связались с капитаном Назаровым, который приказал эвакуировать раненого из середины колонны. Гребинюк выскочил из БДРМ, по пути встретил других солдат, и уже вместе с ними отыскал раненого. Парень истекал кровью, сверху его обжигало горячей водой, лившейся из пробитого радиатора, говорить он уже не мог. Гребинюк снял брючный ремень и перетянул ему левую ногу, чтобы остановить кровь. Пришлось тащить парня волоком, потому что нести было нельзя: «духи» положили бы всех. С раненым бойцы снова нырнули в арык и метров 30 тащили до БДРМ. Дотащили и забросили в люк, потом заскочили сами. Впереди бронетранспортёра были установлены минные катки, которыми расталкивали машины в колонне, так добрались до переднего танка с разбитой гусеницей. Танкисты поняли, что объехать их нет возможности, и, двигаясь на одной гусенице, наклонили танк над пропастью, дав дорогу БДРМ.

- Уже потом мы узнали, что перед танком была заложена мина, проехали в нескольких сантиметрах от неё, — вновь всплывают подробности боя.

Раненого солдата привезли в афганский батальон в ауле Гальян, в 13-ти километрах от места обстрела, где ему оказал помощь афганский санитар. Когда очнулся, сказал, что из Саратова, фамилия Бубнов.

- По рации мы связались с нашими, но афганцы категорически отказались нам помогать, только дали боеприпасы. Мы взяли, сколько могли, и двинулись назад, к ребятам. Пока ехали, нас нагнали два вертолёта Ми-8 и Ми-24, которые обстреляли душманов, собиравшихся взять в плен тех, кто остался в живых в разбитой колонне. Если бы не наши Ми, а то бы нам хана! На броне танка, вырвавшегося из пекла, сидели уцелевшие бойцы, лежали раненые и убитые. За танком шли три или четыре машины. На танке я увидел Саню Завьялова, он был весь в слезах, заикался от рыданий. Он сообщил мне, что погиб Бенц — так мы звали Побережного Вовку. Я стоял с автоматом в руках, в разорванной тельняшке, весь грязный, руки были местами в засохшей крови, в щепе, и мы, обнявшись, ревели и не верили в то, что произошло, — горькие воспоминания до сих пор бередят душу участника боевых действий. — Это было 2 июня 1980 года. В это время в Москве проходила Олимпиада-80.

Как добрались до полка, Николай не помнит. Очнулся уже в палатке, дул сильный ветер, и никто не мог спать: от пережитого всех трясло, стучали челюсти, вероятно, сказывалась контузия. Позже узнали, что боец Бубнов, которого они вынесли, умер от потери крови.

За мужество и героизм

После 2 июня рядового Гребенюка представили к ордену Красной Звезды за мужество и героизм, проявленные при защите Апрельской революции в Демократической Республике Афганистан. Наградили ещё двоих уцелевших и троих посмертно.

Немного позже Николаю Гребенюку дали новый бензовоз. На нём он снова возил бензин на склад и в подразделения. Ещё не раз колонны, в которых он находился, обстреливали душманы. Терял в боях друзей — односельчанина Виктора Анисимова, с которым Николай встретился в Бомиане, Сашу Белкина из Красноярска — его, уже убитого, Николай вытащил из-под обстрела во время очередной засады «духов».

Другая жизнь

- В Афганистане я пробыл всего год, а, кажется, что 10 лет. Первое время, когда демобилизовался, всё рвался назад, — не брали. По ночам спать не мог лет пять: глаза закрываю и вижу всё, как наяву. Я жил этой войной. Как это забудешь?! — говорит Николай Николаевич.

О днях минувших старший сержант запаса Николай Гребинюк старается не думать: слишком тяжелы воспоминания. Но чем ближе 15 февраля — день вывода советских войск из Афганистана — тем ярче становятся, казалось бы, угаснувшие в памяти страницы истории страны и жизни каждого, кто побывал там, за речкой.

Недавно Николай Николаевич по интернету нашёл друзей Василия Помельцева и Виктора Пенькова, живут рядом: один — в Калачинске, другой — в Омске. 14 февраля едет на встречу.

Оксана Сподаренко.

Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите, пожалуйста, необходимый фрагмент и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам. Заранее благодарны!

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

Вверх